КОММЕНТАРИИ
В обществе

В обществеКамелот почти не виден

7 ДЕКАБРЯ 2011 г. АЛЕКСАНДР БЕЛКИН

 

Прочитал два текста – Георгия Сатарова на «ЕЖе» («Валдайские страдания») и Александра Скобова («Без нечисти и немочи») — и в который раз убедился: те, кто считает себя сегодня демократической оппозицией, НИКОГДА во власти не окажутся. По многим причинам. Прежде всего, потому что заражены бациллой большевизма: когда надо объединяться для спасения страны под ясно изложенными целями и принципами, они требуют решительно и бескомпромиссно размежеваться. И поэтому будут всегда биты и никогда не смогут создать дееспособную коалицию.

Другой важной причиной, из которой вытекает, кстати говоря, и первая, является нежелание и неумение признавать свои ошибки и делать из них выводы.

Георгий Сатаров обвиняет авторов калужского доклада «Валдайского клуба» в «грубейшей манипуляции и провокации». В вину им ставится отсутствие диагноза, неверные описание и оценка политических и экономических процессов 1990-х годов и бездарность предлагаемых авторами возможных сценариев развития страны.

Критикуя следующий тезис доклада: «8.1.1. … 1990-е годы были периодом революционного выхода из коммунизма и милитаризма. 2000-е годы – контрреволюционного восстановления управляемости. Но двадцать лет были потеряны для создания эффективных институтов, без которых невозможно современное развитие», Георгий Александрович утверждает, что «в открытом диалоге трудно опровергать тот очевидный факт, что 90-е годы были временем создания новых институтов, а нулевые отличались их планомерным разрушением».

Совсем не трудно. Что и делаю сейчас. Георгий Александрович, видимо, забыл, что основы нынешнего российского режима закладывал он сотоварищи. Причём честно об этом рассказал («Преемственность российских политических режимов. От Ельцина к Путину и ... далее?») и подчеркнул, что вовсе в содеянном не раскаивается.

О каких институтах говорит г-н Сатаров? Может быть, об институте свободных и честных выборов? Так он был дарован генсеком Горбачевым, при котором единственный (!) раз мы с Вами относительно свободно избрали российский (тогда ещё советский) парламент.

Разве не при г-не Сатарове и его подопечном г-не Ельцине в 1996-м году начался тот процесс, который привёл к нынешнему фарсу с выборами, в котором мы все сегодня вынуждены участвовать (активно или пассивно)?

Разве не в середине 90-х был создан уродливый российский «институт частной собственности», когда неправедно и нелегитимно переделили госсобственность между т.н. «олигархами»? Чем же они были лучше нынешних? Только тем, что были не из Питера или не из чекистского клана? Да большинству граждан России было абсолютно очевидно, что «белые придут — грабят; красные придут — грабят»!

Разве не в 90-х был упущен реальный момент для создания в России подлинно правовой системы с неподкупными и независимыми от исполнительной и законодательной власти судами? Разве не тогда начались манипуляции с судебной и правоохранительной властью?

Или Георгий Александрович говорит об институте свободы слова? Так и он возник при Горбачеве; а при Ельцине умер, потому как руководящим принципом в отношении критических выступлений в СМИ стал старый русский «мели, Емеля».

Или в 90-х сумели создать институт гражданского контроля над силовиками? Да нет, напротив, их активно тащили во власть!

Разве не в 93-м похоронили так и не сумевший развиться зародыш института разделения властей, спровоцировав кровавое столкновение исполнительной и законодательной власти?

Мне непонятно, что лживого и аморального увидел Георгий Александрович в следующем тезисе прогнозного сценария: «8.2.8. Сохранение на ближайшую перспективу персоналистского характера власти. Это рискованно. Но другого стране и обществу пока не дано, да они и «не заработали» пока настоящей демократии и свободы. Получив их сверху в начале 1990-х гг., соотечественники развалили государство – СССР, бывшую Российскую Империю, а к концу десятилетия чуть не развалили то, что осталось – Российскую Федерацию».

Глядя на себя нынешних открытыми глазами, приходится признать, что таки да, не заслужили, как это ни горько, ни свободы, ни демократии. Потому что и свободу, и демократию не «получают», за них борются и завоёвывают. Не обязательно большой кровью, но обязательно с последствиями для побеждённых, отстранённых от власти.

У нас же после августа 1991 года у руля власти оказались худшие ученики так называемых побеждённых (я не имею в виду Георгия Сатарова и его коллег — ими, как вуалью, лишь на время прикрыли мурло бывшей советской бюрократии). Чему же дальше было удивляться... А народ, прельщенный гайдаровским «обогащайся!», увлеченно кинулся грабить награбленное.

«Свобода, даденная сверху, куда-то вверх и утекла», — очень точно подметил Тимур Шаов вслед за Владимиром Семёновичем, провидчески предупреждавшим: «Мне вчера дали свободу. – Что я с ней делать буду?»

 

Закончу тем, с чего начал Георгий Александрович: не стал бы писать, да...

12 декабря в Москве должна собраться инициативная группа по подготовке учреждения неполитического Общероссийского круглого стола — инструмента выработки общественного согласия на случай краха режима.

О столе еще только заявлено, но уже фактически начался делёж на «чистых» и «нечистых». При таком подходе, боюсь, не выйдет из нас, господа, Рыцарей Круглого стола.

 

Фотография с сайта www.svop.ru

 

 

Версия для печати