Хозяева страны
16 января 2019 г.
Временные затруднения

ТАСС

Нынешней весной «Левада-центр» провел очередной опрос, согласно которому половина россиян уверена, что страна в настоящее время переживает временные затруднения. Формулировка, воскрешающая в памяти 70-е – первую половину 80-х годов, когда она являлась официальным объяснением явлений, тормозящих поступательное развитие страны в направлении коммунистического светлого будущего.

Еще в январе 2014 года вариант «временные затруднения» для характеристики современной российской ситуации выбирали в два раза меньшее число респондентов – 24%, но через три месяца, в апреле – уже 40%. Зато тогда же резко уменьшилось количество тех, кто считал, что речь идет о приближении кризиса (с 23 до 16%) и нарастании хаоса (с 15 до 5%). Присоединение Крыма и мягкость (до гибели «Боинга») западных санкций привели к эйфорическим настроениям. Интересно, что вариант «стабильное развитие» в январе 2014 года выбрали 10%, а через три месяца – уже 17%, хотя никакой стабильности тогда и близко не было. Люди настолько сильно хотели надеяться на лучшее, что немалая их часть готова была «авансировать» государство в ожидании новых побед.

Что же теперь? Количество сторонников версии о «стабильном развитии» уменьшилось до минимального уровня – 4%. Только самые уверенные оптимисты (или лоялисты) готовы согласиться с тем, что ситуация в стране стабильна. А вариант «стагнация, застой» (по сути дела, та же стабильность, только с негативной коннотацией) выбрали 8% (в январе 2014 года – 16, в апреле – 15). Но и протестные настроения достаточно невелики – о приближении кризиса теперь говорят 18%, о нарастании хаоса – 8%. Немного больше, чем год назад, но не принципиально – хотя эйфория закончилась, но переходить к отрицанию психологически крайне сложно. Значительно легче надеяться на то, что трудности носят временный характер. Поэтому любые признаки улучшения (а то и неухудшения) положения воспринимаются обществом как сигналы того, что свет в конце тоннеля снова забрезжил.

Характерно, что, начиная с марта, стало расти количество россиян, считающих, что события в стране развиваются в правильном направлении (с 54% в феврале до 60% в апреле). До этого число таких оптимистов снижалось с августа прошлого года – тогда количество оптимистов достигло максимального уровня (64%). Потом последовали жесткие санкции – и рост экономической турбулентности. Однако сейчас рубль укрепился (хотя до прошлогоднего уровня ему далеко) – и возникли надежды на то, что за этим последуют и другие позитивные процессы. Если не сразу, то вскоре – и поэтому надо лишь немного потерпеть. Тем более что альтернативы действующей власти россияне не видят – не надеяться же на Зюганова и Жириновского. А если политика нет в телевизоре, то он, в лучшем случае, находится на глубокой периферии общественного мнения. В результате работает тот же фактор, что и в кризис 2008-2009 года – сплочение вокруг власти – причем еще сильнее с учетом «крымского» фактора.

Кстати, радикально-оппозиционный ответ – о том, что в России происходит «усиление репрессий, становление диктатуры» – выбрали всего 2% (в январе 2014-го – 3%, в апреле 2014-го – 1%). На первый взгляд, этому противоречит многотысячная траурная демонстрация после убийства Бориса Немцова, после которого проводился весенний опрос «Левады». Но ничего неожиданного в таких результатах нет. Количество людей, в экстремальной ситуации согласных выйти на санкционированные акции, осталось сопоставимым, несмотря на отход большинства националистов и многих левых, которые ранее осуждали власть за отказ восстанавливать империю. Однако число их симпатизантов, не готовых идти на демонстрации, но полностью или частично солидарных с их участниками, существенно уменьшилось – и дело не только в усилении давления со стороны власти, но и в изменившихся общественных настроениях. Оппозиция не исчезла, но «сжалась», действуя в куда менее комфортной обстановке, чем в «докрымский» период.

В то же время общество предъявляет к власти все более противоречивые требования. Например, в марте 2015 года 72% россиян посоветовали ей продолжать свою политику, невзирая на санкции (на уступки согласны лишь 21%). 64% поддержали запрет на поставки продуктов питания из стран ЕС. Казалось бы, все ясно – патриотическая консолидация приводит к мобилизации. Но одновременно 48% целиком или скорее положительно относятся к идее отменить продовольственные антисанкции (отрицательное отношение высказали лишь 31%). Таким образом, россияне одновременно и демонстрируют непреклонность, и хотят, чтобы на прилавки вернулись импортные продукты. И это неудивительно – лишь у 38% россиян не возникло практически никаких проблем в связи с «антисанкциями» (у 40% – не слишком серьезные проблемы, у 18% – довольно серьезные).

При этом представление, в каком направлении движется страна, у населения практически отсутствует – «светлое будущее» совсем не просматривается за временными трудностями. Отличие от советской модели заключается в том, что она в период «нефтяного благополучия» обеспечивала если не веру в коммунизм (к 70-м годам официальные идеалы оказались профанированы и дискредитированы), то возможность реального улучшения жизненного уровня населения за счет активного строительства жилья и объектов соцкультбыта. Сейчас же ничего подобного нет – остается лишь самоутверждение на международной арене, которое может лишь временно заменить нерешенные социальные проблемы.

Так что теперь лишь 18% респондентов сказали, что имеют довольно ясное представление о том, куда движется страна. Самый популярный ответ – 41% – довольно смутное представление. Наконец, 28% признались, что у них по этому поводу нет никакого представления, а 5% полагают, что дела вообще пущены на самотек. Рациональное представление о будущем заменяют эмоции и ожидания, которые сейчас пока не надо подкреплять дополнительными доказательствами. Когда Владимир Путин говорит, что ситуация выправится за пару лет, а то и раньше, общество относится к этому позитивно – тем более что есть опыт быстрого «отскока» после стремительных падений 1998-го и 2008-го. Проблема в том, что нынешний кризис обещает быть не столь шоковым, но куда более затяжным – и в этом случае претензии к власти будут расти. Уже парламентские выборы 2016 года могут стать серьезным испытанием для власти – Дума не воспринимается как орган, имеющий решающее значение для судеб страны, поэтому во время этих выборов можно выразить свой протест, не опасаясь великих потрясений.

Автор — первый вице-президент Центра политических технологий













  • Леонид Гозман: Володин – не Жириновский, которому поручают сказать любой бред, чтобы посмотреть на реакцию народа. По формальным признакам он – четвёртый человек в государстве.

  • Ведомости: Стремление изменить Конституцию вызвано не правовыми коллизиями – тогда было бы достаточно проверить законы на конституционность, – а политическими причинами...

  • Lx: Статья 2. В.В.Путин, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина В.В.Путина — обязанность государства.

     

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Открыт конкурс на лучший проект «Путин навсегда!»
27 ДЕКАБРЯ 2018 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Не будем наивными. Это какой-нибудь замшелый депутат с галерки может неожиданно выступить с дерзкой, революционной и при этом ни с кем не согласованной инициативой. В расчете, что будет замечен большим начальством. Но, если мы говорим об одном из высших сановников государства, коим, вне всякого сомнения, является спикер Госдумы Вячеслав Володин, вариант «случайного проговора» полностью исключен. Тем более в формате совместного с Владимиром Путиным заседания первых лиц обеих палат российского Парламента. 
Прямая речь
27 ДЕКАБРЯ 2018
Леонид Гозман: Володин – не Жириновский, которому поручают сказать любой бред, чтобы посмотреть на реакцию народа. По формальным признакам он – четвёртый человек в государстве.
В СМИ
27 ДЕКАБРЯ 2018
Ведомости: Стремление изменить Конституцию вызвано не правовыми коллизиями – тогда было бы достаточно проверить законы на конституционность, – а политическими причинами...
В блогах
27 ДЕКАБРЯ 2018
Lx: Статья 2. В.В.Путин, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина В.В.Путина — обязанность государства.  
Конституция, превратившаяся в половую тряпку
12 ДЕКАБРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В детстве мне было жалко вещи, которые выбрасывают на помойку. Вот живет себе в шкафу, в тепле и уюте какая-нибудь футболка. Ходим с ней на улицу, потом возвращаемся в теплый уютный дом. А потом она изнашивается, и ее выкидывают на помойку, в холод, дождь, в общество окурков, комков грязи и других таких же ненужных и чужих вещей. Или того хуже, превращают в половую тряпку… Примерно такие ощущения — сентиментальную жалость, смешанную с брезгливостью, — вызывает сегодня Конституция РФ, принятая ровно 25 лет назад, 12.12.1993.
Прямая речь
12 ДЕКАБРЯ 2018
Георгий Сатаров: Проблемы Конституции заключаются, очевидно, в сильном дисбалансе полномочий разных ветвей власти, в уменьшенных полномочиях представительной власти...
В СМИ
12 ДЕКАБРЯ 2018
РИА "Новости": Владимир Путин в ответ на предложение правозащитников об объявлении амнистии к 25-летию конституции сказал, что нужно подумать, так как такие решения следует принимать взвешенно.
В блогах
12 ДЕКАБРЯ 2018
Владимир Гельман: На референдуме 1993 года я проголосовал против принятия нынешней конституции РФ, о чем ни разу не сожалел. 
Этот трансцендентный адмирал Мухаметшин
4 ДЕКАБРЯ 2018 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Знаменитому философу Канту крупно не повезло: ему довелось родиться, написать свои гениальные работы и умереть в исконно российском городе Калининграде. Причем, даже побывав подданным российской короны, он и подозревать не мог, что через много лет после кончины станет де-факто калининградцем. Что постоянно вводит в недоумение пытливые умы российских начальников. И так получилось, что тень автора максимы о звездном небе и моральном законе тревожит их и теперь. Министр Мединский затеял патриотическую игру в придании имен выдающихся соотечественников российским аэропортам. 
Прямая речь
4 ДЕКАБРЯ 2018
Николай Сванидзе: Наша центральная власть, к сожалению, ориентирована не на тех людей, которые читали Канта, и даже не на тех, кто знает, кто это такой.