Цензура
25 апреля 2019 г.
Атака на Интернет — невежество или тестирование?
23 АПРЕЛЯ 2018, АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

 ТАСС

В минувшее воскресенье Роскомнадзор официально признал то, что уже почти с неделю ни для кого секретом не является: надзорное ведомство в попытке закрыть доступ к сервису Телеграм на территории России блокирует и домены других компаний, о которых в судебном решении от 13 апреля не говорится ни слова. На странице интернет-регулятора в социальной сети «ВКонтакте» появилось следующее заявление: «Google на сегодняшний день не удовлетворила требования Роскомнадзора и в нарушение вердикта суда продолжает позволять компании Telegram Messenger Limited Liability Partnership использовать свои IP-адреса для осуществления деятельности на территории России».  

Главный итог деятельности Роскомнадзора за прошедшие десять дней с момента вынесения решения Таганского суда — успешная блокировка 1,5 миллиона IP-адресов, принадлежащих компании «Гугл» и 16 миллионов IP-адресов компании «Амазон». При этом коммуникационный сервис Телеграм, чей владелец Павел Дуров пошел на прямой конфликт с российскими властями, отказавшись предоставить местным спецслужбам доступ к контенту своего мессенджера, по-прежнему практически повсеместно в России доступен для пользователей. Причем заход на его страницы все еще можно осуществить, что называется, напрямую, без использования различных «обходных инструментов» — платформ TOR, VPN-сервисов или прокси-серверов.

Важно отметить, что еще неделю назад сам г-н Дуров хоть и уверял заинтересованную общественность в том, что предпримет все возможные усилия, чтобы его клиенты «даже не заметили блокировку мессенджера», все же не до конца был уверен, что сумеет сохранить прямой доступ к ресурсу и призывал всех подстраховаться и запастись «антиблокираторами». Однако у него все получилось! Пока, по крайней мере…

Оглушительное фиаско Роскомнадзора, вне всякого сомнения, вызвало серьезнейшую обеспокоенность в Кремле. Неожиданно выяснилось, что важнейшая сфера общественной жизни фактически оказалась вне контроля властных структур, что на сегодняшний день государство просто не располагает надежным инструментом для ограничения допуска граждан своей страны к информационным и коммуникационным ресурсам.

Мнения экспертов по поводу хаотичной веерной и все равно безуспешной атаки Роскомнадзора на мировые интернет-гиганты разделилось. Большинство полагают, что госструктура оказалась не готова к столь изощренному и яростному сопротивлению Телеграма и просто не может ему противостоять на технологическом уровне. За прошедшую неделю глава Роскомнадзора Александр Жаров превратился во всеобщее посмешище, шутки и ехидные замечания в его адрес буквально наводнили Рунет. Однако высказывается и другая точка зрения. Дескать, блокировка Телеграма — это просто повод. А истинная цель — выявить последствия масштабного отрезания российских пользователей от целых сегментов мировой Сети. Причем тестирование это проводится как бы в двух направлениях: с одной стороны, власть пытается понять реакцию гражданского общества на урезание своих возможностей, с другой — посмотреть, какие технологические проблемы возникают при блокировке сервисов, которыми пользуются самые разные организации. В том числе, разумеется, и госструктуры.

На попытку изъять из оборота важный коммуникационный сервис общество отреагировало яростно и решительно — в воскресенье вечером десятки, если не сотни, людей по призыву Павла Дурова принялись запускать бумажные самолетики (эмблема Телеграма) и постить фотоотчеты о своих протестных действиях в социальных сетях.

С технологическими проблемами все гораздо сложнее. Уже очевидно, что российская власть пока, к счастью, не готова к действительно масштабному отключению мировой Сети. Поэтому пока она действует вслепую, по принципу «а давайте-ка рубанем вот эти десять миллионов доменов и поглядим, что произойдет». Такой подход уже привел к возникновению серьезных проблем у целого ряда структур. И пока не возымел катастрофических последствий просто по счастливому стечению обстоятельств. Но это вопрос времени, если Роскомнадзор продолжит свои эксперименты в области нарушения прав и свобод граждан.     


Фото: Евгений Разумный/Ведомости/ТАСС












  • Леонид ГозманСама идея о запрете на оскорбление власти заставляет не уважать власть в неприличной форме, потому что власть, принимающая такие законы, неуважения в приличной форме не заслуживает. 

  • Newsru.com: Также сотрудники прокуратуры пытались узнать у Тамары Манаевой, кто находился рядом с ней во время записи коллективного видеообращения. 

  • Алла Кузнецова: ..."наши чиновники" теперь по любой критике будут судиться с нами , потому что прекрасно понимают, что у пенсионеров не только на адвокатов денег нет...

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Статистика как неуважение к власти
24 АПРЕЛЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Недавно принятый закон, карающий за неуважение к власти, который Путин и его обслуга задумывали как новое оружие против критики чиновников со стороны граждан, оказался оружием обоюдоострым. Поскольку дела «о неуважении» начали приобретать характер дискуссии о том, а за что, собственно, нынешнюю власть можно уважать. Иногда эта дискуссия носит вполне откровенно ернический характер. Например, ярославские интернет-СМИ «76.ру» и «Яркуб» подверглись блокировке за публикацию фотографии здания местного управления МВД с надписью из двух слов...
Прямая речь
24 АПРЕЛЯ 2019
Леонид Гозман: Сама идея о запрете на оскорбление власти заставляет не уважать власть в неприличной форме, потому что власть, принимающая такие законы, неуважения в приличной форме не заслуживает. 
В СМИ
24 АПРЕЛЯ 2019
Newsru.com: Также сотрудники прокуратуры пытались узнать у Тамары Манаевой, кто находился рядом с ней во время записи коллективного видеообращения. 
В блогах
24 АПРЕЛЯ 2019
Алла Кузнецова: ..."наши чиновники" теперь по любой критике будут судиться с нами , потому что прекрасно понимают, что у пенсионеров не только на адвокатов денег нет...
Законы Клишаса летят над страной
14 МАРТА 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувшую среду верхняя палата российского парламента, не приходя в сознание, одобрила так называемый «пакет Клишаса» — два закона, по одному из которых чиновники теперь наделяются правом решать, какие новости в Сети настоящие, а какие выдуманные, фейковые (и соответственным образом карать распространителей), а по другому, страховочному, гражданам предписывается этих самых чиновников не оскорблять. А иначе, сами знаете, что будет – штрафы, посадки, посадки, штрафы. Совет Федерации эти дивные законы заглотил и буквально в считаные минуты отрыгнул обратно уже в готовом для Владимира Путина виде. 
Прямая речь
14 МАРТА 2019
Андрей Колесников: Этот закон станет «спящий миной», которую будут использовать избирательно, в тех ситуациях, когда понадобиться уничтожить какое-то интернет-издание...
В СМИ
14 МАРТА 2019
Коммерсант: Во время обсуждения ряд сенаторов указал на расплывчатость формулировок, а также несоответствие документов нормам о свободе слова...
В блогах
14 МАРТА 2019
Юлия Мучник: Кто бы сомневался. Но вот я лично знаю в этом заведении одного приличного в общем-то человека. И вот ведь охота ему там сидеть среди этих упырей и карму себе так портить.  
Ты меня уважаешь?
8 МАРТА 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Госдума приняла в окончательном, третьем чтении законы о наказании за оскорблениие государственных символов и институтов. Поправки внесены в статью 20.1 КоАП («Мелкое хулиганство»). Люди, которые писали эти поправки, были, видимо, настолько взволнованы, что оказались не в состоянии выразить свою мысль членораздельно. Судите сами. Наказание теперь наступает за «распространение в информационно-коммуникационных сетях, в том числе в сети Интернет, информации, выражающей в неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам РФ, Конституции РФ или органам, осуществляющим государственную власть в РФ». То есть будут наказывать за то, что оскорбили тех, кто проявил «явное неуважение к обществу, государству» и прочим органам?
Прямая речь
8 МАРТА 2019
Николай Сванидзе: Ещё один очень широкий шаг в направлении возвращения реальной цензуры и в то же время — понижения авторитета власти в стране.