Что делать?
19 августа 2018 г.
Дефицит гражданского

Михаил Златковский

Гражданское общество — это такое общество, где граждане способны объединяться для защиты самых разных своих интересов (от интересов жителей дома, квартала, города, региона, страны до интересов представителя пола, профессии, социальной группы, меньшинства и т.д.). Гражданское общество автономно даже от «государства открытого доступа к разного рода занятиям», то есть демократического государства без «крыш» и обязательной дани чиновникам. Государства, где представители власти не жулики, воры и взяточники, а подконтрольные обществу менеджеры. С таким государством гражданское общество самым тесным образом взаимодействует.

В странах Западной Европы и Северной Америки гражданское общество сформировалось давно, по мере расширения и гарантий прав простолюдинов, появления среднего класса. Там люди умеют отстаивать свои интересы и понуждать власть прислушиваться к своим требованиям. При этом фундамент гражданского общества — именно умение граждан отстаивать свои права и их желание нести ответственность за себя, за условия своей жизни.

Иное дело авторитарное «естественное» государство. Здесь по разные стороны баррикад власть-эксплуататор и слабое гражданское общество. Авторитарной власти не нужен контроль «снизу» и всякая там самодеятельность граждан. Отсюда щедро раздаваемые ярлыки «иностранных агентов», обыски офисов НКО, изъятие жестких дисков, контроль за перепиской, посадки. Так происходит в Северной Корее, во многих африканских королевствах, в среднеазиатских постсоветских государствах. А где находимся мы? Несомненно, в средневековом болоте «естественного» российского государства.

Но вспомним, в России в начале ХХ века наряду с политическими организациями стали создаваться и общественные — профсоюзные, просветительские, творческие, позже различные солдатские, крестьянские, рабочие советы, комитеты, ширилось кооперативное движение. Все эти организации были разогнаны с приходом к власти большевиков. На долгие десятилетия население СССР лишили какой-либо возможности к самоорганизации. Любые общества или союзы возникали только по указке сверху, их деятельность жестко контролировалась партноменклатурой.

С момента прихода к власти Ленин, а вслед за ним и Сталин считали нужным вытеснить саморегулирование общества диктатом партии. То, что в условиях либеральной демократии решается путем дискуссий, компромисса, в СССР навязывалось через диктатуру. Любая несанкционированная общественная деятельность приводила к аресту. Гражданское общество оказалось антагонистом социализму.

На исходе советской власти, когда прессинг КПСС и КГБ ослаб, стали возникать многочисленные объединения. Весной 1989 года один за других создавались клубы избирателей. Был создан Ленинградский народный фронт, за ним конституирован Московский народный фронт. 1990-й ознаменовался созданием большого числа партий и самой массовой организации — движения «Демократическая Россия». Народные фронты и движения возникли и в республиках СССР. Ленинградский народный фронт одержал победу на выборах в Ленсовет, из 43 депутатов от Ленинграда 40 прошли по спискам Народного фронта. Начали образовываться независимые профсоюзы — шахтеров, авиадиспетчеров, летного состава гражданской авиации, докеров.

Но тяготы трансформационного спада экономики, вызванного переходом к рынку, существенно ослабили общественную активность россиян. Закрылись оборонные предприятия и институты, из-за своей неконкурентоспособности прекратили работу многие заводы и фабрики. Люди остались без работы, пошли мешочниками торговать на рынки. Надежды на то, что с падением власти коммунистов жизнь станет похожей на жизнь на Западе, не оправдались. Формирование некоммерческих организаций замедлилось, народные фронты распались. С приходом к власти президента-чекиста Путина многие организации получили статус иностранного агента, что не способствовало их популярности. Зато властью стали формироваться эрзац-сообщества, предназначенные для имитации ее поддержки перед камерами телевидения.

Тем не менее, в России отмечены яркие случаи самоорганизации и сопротивления непродуманным или неправильным решениям властей. В Петербурге активные граждане не дали разрушить исторический отель «Англетер», заблокировали возведение офиса Газпрома «Охта-центр» на развалинах шведской крепости Ниеншанц. Можно вспомнить протесты пенсионеров против монетизации льгот и сопротивление дальнобойщиков введению грабительской системы «Протон».

И все же, отвечая на вопрос «Есть ли в современной России гражданское общество?», надо учитывать ментальность большинства россиян, а не активность немногих. Приходится признать: оно есть, но в зачаточном состоянии. Созданы институты гражданского общества — партии, профсоюзы, различные общественные организации, в том числе правозащитные. Многие из них несовершенны, но они есть. Остались в небольшом числе и независимые СМИ. Но гражданское общество — это ведь стиль жизни и мышления подавляющей части общества, оно в активности многих граждан, в их правовой и политической культуре. Но главное — в умении самоорганизовываться. Есть ли гражданское общество «в головах» большинства наших людей?

Если сравнить Россию с Арменией, то видно, насколько мала у россиян склонность к объединению и совместным действиям. Российское общество больно патернализмом, мы в большинстве своем полагаемся не на свои силы, а на мифическую помощь государства, точнее, на его подачки. Власть и общество у нас живут порознь. Власть как корпорация высокооплачиваемых чиновников и депутатов, а фактически казнокрадов и олигархов стремится сохранить себя и свои возможности обогащения. Нищета, образование и плохое медицинское обслуживание простолюдинов ее не волнуют. А само российское общество пассивно, ему важнее пресловутая «стабильность» при низком уровне зарплат и пенсий. У людей нет доверия друг к другу, наше общество самое атомизированное в мире. При этом у россиян нет понимания, к каким трагическим последствиям ведет их пассивность.

А жаль. Нас ждет прогрессирующая отсталость страны, нищета населения. Налоговиков у нас на 100 тыс. населения в 4 раза больше, чем в США. Мы чемпионы мира по числу чиновников в Пенсионном фонде. В Газпроме добыча газа не растет, а число служащих выросло с 398 тыс. до 470 тыс. человек. Наши госкорпорации реально не способны производить что-либо принципиально новое и конкурентоспособное. Если упадут цены на нефть, что будут делать россияне? Собирать в лесу грибы? А ведь цены в магазинах растут уже сегодня, при стоимости нефти больше 70 долл. за баррель. Растет квартплата. Мы знаем обо всем этом, но молчим. Выходит, согласны жить как нищие африканцы? Или все-таки найдем в себе силы объединяться и, как армяне, защищать свои интересы и в доме, и в городе, и в стране?


Графика Михаила Златковского












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
На пути к Великой депрессии
14 АВГУСТА 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест по статье Павла Усанова «Непреднамеренные последствия социального патернализма» Благими намерениями дорога в ад вымощена. Когда последствия ошибочных решений сказываются на жизни одной семьи, то для всего общества это незаметно. Но когда само общество, т.е. многие миллионы людей впадают в трагическое заблуждение, это приводит к тяжким результатам. Россияне, поверившие в коммунистическую утопию уравниловки с ее лозунгом «от каждого по способностям, каждому по потребностям», столкнулись с нищетой, тотальным дефицитом, Голодомором, террором ВЧК-НКВД и миллионами сгинувших в ГУЛАГе. Наивно думать, что это последняя большая ошибка в истории человечества. Нас ожидают непреднамеренные последствия от вмешательства государства в рыночные отношения (т.е. интервенционизма — деформирования властями рыночной экономики), от быстрого роста численности чиновников и влияния на нашу жизнь корыстной бюрократии.
Антикапиталистическая ментальность
13 АВГУСТА 2018 // ГЕОРГИЙ ПОГОЖАЕВ
Дайджест по книге: Людвиг фон Мизес. Антикапиталистическая ментальность Столетия спорят сторонники частной собственности и социалисты, мечтающие о построении общества всеобщего равенства на базе государственной монополии. По-прежнему популярны утопии о том, что каждый, независимо от его трудолюбия и способности, может жить в роскоши. Надо только разделить поровну. Печальные уроки германского национал-социализма, советского и кубинского социализма, последних событий в Венесуэле не мешают этим фантазиям. Почему? Ответ — в книге Людвига фон Мизеса «Антикапиталистическая ментальность».
Менеджеры РЖД на повременке
3 АВГУСТА 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест статьи: Владислав Иноземцев. Два года по старым шпалам Россияне отличаются от других народов своим пристрастием к опеке государства, надеждами, что чиновники и их верховный управитель всех обеспечат, напоят, накормят и спать уложат. Однако эти мечты не сбываются, власти предпочитают тратить собранные с подданных налоги не на зарплаты и пенсии, а на свои дворцы и яхты, на подводные лодки и ракеты, войны и зрелища. Это нас не вразумляет, архаичную веру в «доброе» государство и царя-президента не расшатывает. С  иллюзиями, впитанными с молоком матери, расставаться тяжко и мучительно. Но придется, если мы не хотим повторить судьбу СССР и стать страной «четвертого мира». И помогут в этом аргументированные тексты ученых. Такие, как статья директора Центра исследований постиндустриального общества Владислава Иноземцева «Два года по старым шпалам».
К чему приведет средневековая культура народа
30 ИЮЛЯ 2018 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Доходы России от запредельно высоких цен на нефть в 2001-2007 годах не были использованы для модернизации страны, для развития ее инфраструктуры. Некоторая часть пошла на рост зарплат россиян, что обеспечило поддержку президенту Путину. Но большая часть доходов ушла на прирост капиталов правящей клики. Уже к 2007 году девять человек из ближайшего окружения Путина, каждый из которых имел связи с высокопоставленными силовиками, возглавили компании, совокупный доход которых составил огромную сумму — 18% ВВП России. Если в развитых странах финансовый успех определяется внедрением высоких технологий и производством новых продуктов, то в России он зависит от связей, «крыши» со стороны президента и его министров.
Может ли Литва быть для нас примером?
23 ИЮЛЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Главное отличие постсоветской Литвы от постсоветской России в том, что в менталитете литовцев нет поклонения царю-президенту, пусть даже всенародно избранному. Демократия на европейский манер, где органы власти подконтрольны гражданскому обществу, большинство считает желанной формой государственного устройства. В Литве есть реальная политическая конкуренция партий, разделение властей, независимый суд и широкие полномочия парламента.
Почему российская элита заинтересована в обнищании населения
21 ИЮЛЯ 2018 // ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА
В XX веке родилось выражение «страны третьего мира», подразумевавшее отставшие, подзадержавшиеся в средневековье государства. Выражение это в XXI веке критически устарело. Многие страны третьего мира показывают фантастические темпы роста и являются крупнейшими игроками в мировой экономике. Китай стал второй сверхдержавой мира. Он строит ежегодно по 6 тысяч км хайвеев, растет на 6—8% в год, и в этой стране за последние 30 лет вышли из нищеты и сделались средним классом 400 млн человек — то есть больше, чем все население США.
Плюсы и минусы пенсионных систем
12 ИЮЛЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Часто люди задают вопрос: нельзя ли в России пенсионную систему сделать разумной, гарантирующей пенсионерам достойную жизнь, чтобы пожилые люди, как в Европе, могли ездить отдыхать на море? Отвечая на этот вопрос, начнем с определений. Традиционная государственная пенсионная система, действующая в России  и в странах Европы, — это страховая распределительная система. Правильнее ее называть перераспределительной или солидарной, так как она основана на солидарности поколений. В ней работающий платит за неработающего, точнее, работодатель, урезая зарплату работающему, перечисляет его пенсионный взнос в Пенсионный фонд.
Древние истоки нашей политической культуры
6 ИЮЛЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Российская власть демонстрирует жестокость и произвол по отношению к подданным, начиная с княжеских разборок X–XII вв., царствования Ивана Калиты, затем Ивана Грозного и далее – Петра I, императриц XVIII в. Московское завоевание Великого Новгорода и Твери сопровождалось массовыми убийствами горожан и последующим заселением городов выходцами из Московии. Опричнина разделила народ на две части, предоставила возможность одной грабить и разорять другую. «Западнические» реформы Петра тоже проводились с характерной московской жестокостью. Царствование Анны Иоанновны отмечено расцветом полицейщины.
Конфликт инстинктов и интересов
2 ИЮЛЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
В душе у каждого человека бурлит конфликт интересов. Его порождают два инстинкта. Один – инстинкт самосохранения. Сегодня он выражается не столько в стремлении не упасть с дерева, сколько в желании жить в тепле и сытно питаться. Достаток позволяет иметь хорошее жилье и неплохое медицинское обслуживание, а значит — сохранять себя любимого. В условиях товарно-денежных отношений инстинкт самосохранения тесно увязан с желанием обогатиться. Как – другой вопрос, по части морали.
Польское жертвоприношение
27 ИЮНЯ 2018 // НАТАЛЬЯ ПАХОМОВА
Люстрация — lustratio — в переводе с латыни буквально означает «очищение посредством жертвоприношения». С конца 80-х годов это слово зазвучало подобно гонгу на всем посткоммунистическом пространстве стран Восточной Европы. Люстрация понималась как чистка — необходимость убрать из силовых и управленческих органов всех, кто сотрудничал с прежним КГБ, а также был причастен к нарушениям прав и свобод во времена коммунистического правления. Однако технология и идеология люстрации явилась огромной проблемой. В Польше она остается предметом дискуссий до сих пор — хотя, казалось бы, за 30 лет должна была утратить свою актуальность по чисто демографическим причинам.